ZXDEMOS.RU

Сергей Зонов: «Первый „Спектрум“ я сделал потому, что мне было интересно»



В первой половине 1980-х популярным компьютером в Европе был ZX Spectrum. Когда он пришел в СССР, местные умельцы начали его копировать, перерабатывать и улучшать. Одним из тех, кто сделал свой вариант «Спектрума», был Сергей Зонов. По его схемам собраны десятки тысяч компьютеров.

Начало

Все началось, когда я учился классе в пятом. Тогда я интересовался буквально всем, ходил в авиамодельный кружок, еще куда-то. Однажды родители подсунули мне популярную в те годы книжку «Радио — это просто». В ней было написано, что, прочитав ее, вы сможете построить радиоприемник. Мы с отцом стали эту книжку читать, потом я сам стал этим заниматься. В какой-то момент смотрю — а приемник-то не построить! Нет того-сего, пятого-десятого. Мне стало еще интереснее.

Еще у меня был приятель, живший этажом ниже. Мы с ним решили сделать переговорное устройство — как у шпионов. Провели провода, спаяли, сделали генераторы, чтобы перестукиваться с помощью азбуки Морзе. У нас были телеграфные ключи, мы знали все знаки. Все это стало толчком к дальнейшему обучению.

Когда рядом с моим домом открылся дворец пионеров — современный, большой — я записался в радиотехнический кружок. Это было в городе Киров Вятской губернии, где я родился. Отличный преподаватель, фанат своего дела учил нас азбуке Морзе, у него была любительская радиостанция. Тем, кто уже достигал в морзянке каких-то результатов, можно было выходить в эфир, связываться с зарубежными радиостанциями. Следующий этап — участие в соревнованиях по радиосвязи. Так постепенно мы развивались.



Дворец творчества пионеров «Мемориал», открытый в Кирове в 1974 году, задумывался еще и как памятник кировчанам, погибшим во время войны.

Радиолюбитель

Сначала в 1974–75 годах я был радионаблюдателем. Моей задачей было слушать эфир и записывать, что, допустим, радиолюбитель с таким-то позывным из Англии связался в такое-то время с радиолюбителем таким-то из Австралии, и отправить им по почте карточку. В ней написано, что «вами установлена связь в такое-то время с тем-то и тем-то». Если он подтверждает по своим записям, присылает свою красивую карточку в ответ. Процесс коллекционирования карточек тоже был очень интересен.

Радионаблюдатели не могли в эфир выходить — они только слушали. Следующий этап — заиметь свою радиостанцию, построить, кроме радиоприемника, радиопередатчик, зарегистрироваться в клубе ДОСААФ. После этого ты мог сам выходить в эфир, связываться с любой страной. Чем она дальше, тем ценнее. Потому что тогда техника была совсем не такая, как сейчас. Сам факт установления связи с каким-то корреспондентом был необычным событием.

Проводились соревнования. Нужно было за короткое время, скажем, за сутки, установить как можно больше связей. «Привет!» — «Привет!» — «Подтверждаешь?» — «Подтверждаю!» Все, контакт установлен с такой-то страной: Чехословакией, Германией, Америкой…

Таких соревнований было очень много, практически каждую неделю. Наша коллективная радиостанция во дворце пионеров в них участвовала, а я стал одним из ведущих ее операторов. Иногда работал по двое суток без сна и отдыха. 48 часов без остановки! В голове все гудело.

Когда я увлекся радиоспортом, начал ездить на соревнования, представляя в них Кировскую область. Выполнил первый взрослый разряд, стал чемпионом области. Соревнования были разных уровней. Сначала — первенство города, потом меня взяли на какой-то зональный этап. Перед тем, как поступать в институт, я, сдав выпускные экзамены в школе, сразу улетел в Омск. Вернулся оттуда, день дома побыл и отправился в Ленинград поступать.

Библиотека и соловей

Классе в шестом вместо школы я стал ходить в читальный зал библиотеки. Брал подшивку журнала «Радио» за 1950 год, за 1951-й, 1952-й… Библиотекарю говорил, что занятий в школе у меня сегодня нет. Отчетливо помню, что несколько раз прогуливал школу таким образом, — настолько мне было интересно. Читал все подряд. Хотелось и про это узнать, и про то. Когда в школе спрашивали, куда я пропал, приходилось что-то сочинять. В библиотеке я проводил целый день, потому что больше информацию получить было негде. Сам я начал выписывать журналы года с 1974-го, но хотелось почитать и то, что публиковалось раньше.

Тогда еще планов на будущее я не строил и ставил перед собой конкретные практические задачи. Скажем, сделать электронный ключ, или что-то еще. Во дворце пионеров преподаватель однажды предложил сделать электронного соловья. В результате у меня получилась большая деревянная коробка. Внутри — куча транзисторов. Каждый транзистор — обычный тригерок. Нужно было спаять их штук 30, они переключались в нужной последовательности на определенной частоте и формировали звуковые сигналы, имитировавшие трель соловья. Эту штучку я делал то ли полгода, то ли год. Она побывала на выставке лучших работ, что-то даже выиграла.

Студент

Классе в восьмом я решил, что и в будущем хочу заниматься радиотехникой. Кем стану конкретно, не задумывался. Когда заканчивал выпускной десятый класс, единственный вопрос, который оставался, — какой институт выбрать. Я посчитал, что в Москве человеку из глубинки поступить сложно, а в Ленинград, наверное, можно ехать — сил должно хватить. На каникулах я побывал в Ленинграде, сходил на день открытых дверей в электротехнический институт связи имени Бонч-Бруевича. Выбрал его по картинке в справочнике. Здание ЛЭТИ мне показалось каким-то неказистым, не понравилось. У Бонча оно было более солидным, это и предопределило мой выбор.

На дне открытых дверей мне все понравилось, и больше я не думал, куда поступать. Летом уехал в Ленинград и пошел в приемную комиссию. Подаю документы, а мне говорят: «Иногородних не берем». На следующий день я снова пришел и стал требовать: «Где у вас написано, что иногородних не берете?» Они вынуждены были документы принять, но состояние мое было нервным. Думал, на первом же экзамене завалят, раз наглый такой пришел. Но подготовка у меня была хорошая, предмет я знал. Получил «пятерку» и в итоге поступил.

В институте, конечно, преподают много того, что увлеченному студенту не нужно. Сейчас я всем говорю: чем проще учиться, тем лучше. Все эти обязательные лекции и зачеты только мешают свободно воспринимать информацию и более глубоко изучать те предметы, которые тебе действительно нужны. А ведь у меня еще был и радиоспорт, ДОСААФ. На соревнованиях я представлял институт, мне делали какие-то поблажки — разрешали, например, сдавать экзамены досрочно. На многие лекции я не ходил, потом брал у других студентов конспекты, изучал их дней пять, а заодно исправлял в них ошибки. Потом сдавал экзамен, получал пятерку и уезжал.


Сергей Зонов на защите диплома.

Пожив пару лет в Ленинграде, возвращаться домой или ехать куда-то еще на периферию уже не хотелось. При этом я знал, что по моей специальности иногородних здесь не оставляют, — распределяют в другие места. Решил все же попытаться — для этого нужно было стать лучшим студентом. Поставил задачу: выйти на распределение первым. Подумал, что тогда, может, появится шанс остаться в Ленинграде. Так и произошло.

Инженер

Бонч я окончил в 1982-м. Как и планировал, на распределительную комиссию пришел первым. Оказалось, что есть место на заводе Козицкого, там давали общежитие. В моей ситуации — просто мечта. У завода в то время была гражданская часть производства (выпуск телевизоров «Радуга») и работа на военно-промышленный комплекс. Я попал в конструкторское бюро телепроизводства на Малом проспекте. Специальностью владел неплохо, но уровень других инженеров оказался очень низким. Из 20 человек только у одного можно было чему-то научиться.

По плану мы разрабатывали какие-то устройства. На 1982–83 годы была поставлена задача сделать роботизированную линию, которая сама будет из кассет брать детали, расставлять их и запаивать. При том уровне развития техники сделать это было нереально, но все делали вид, что работают, изучают потенциал.

На Козицкого по документам я работал до 1994 года, а фактически — до 1991-го. В последние годы руководители предоставили мне свободное расписание. Они меня ценили, и им было важно, чтобы работа делалась, а где это происходит — не имело значения. Поэтому я постепенно переходил к работе дома. Тратить три часа в день на дорогу мне было жалко. Ну а когда появились дети, по-другому было уже никак.

Дома на кухне у меня стоял рабочий стол. Его сделал приятель, работавший на Козицкого. Человек без высшего образования, но работяга — план перевыполнял на 500 %. К нему подходят: «Ты что делаешь? Нам же завтра расценки понизят». «А у меня семья, — отвечает, — и алименты. Мне надо зарабатывать 500 рублей». Это при средней зарплате 120–130.

Стол был сделан по моим размерам, из алюминиевых профильных уголков. Он до сих пор у меня стоит. На полочках — все, что должно быть у настоящего радиолюбителя: осциллограф, электроника. Здесь я и собрал свой первый «Спектрум».

«Юный техник»

В ленинградских магазинах купить нужные радиодетали было практически невозможно, поэтому каждую субботу мы c друзьями ходили на толкучку к магазину «Юный техник» на Краснопутиловской. У кого была возможность с завода что-то умыкнуть, здесь продавал. Кому что-то требовалось, покупал. Толпа у «Юного техника» была громаднейшей, тусовка продолжалась всю субботу. Там можно было встретить разных знакомых, обсудить какие-то технические идеи. Периодически происходили милицейские облавы, и толпа разлеталась, как стая птиц.



Всего магазинов «Юный техник» в Ленинграде было четыре. Самый первый, флагманский, находился в доме 55 по Краснопутиловской улице.


Купить у «Юного техника» можно было много чего, но возникал вопрос: исправны ли детали, которые вы покупаете? Скажем, нужен вам комплект микросхем памяти 565РУ5. Как в полевых условиях проверить, работают ли они? И я решил стать посредником между продавцами и покупателями. Создал прибор, в который вставляешь микросхему и через секунду он показывает, исправна ли она. Это была непростая штука — порядка 70 соединенных микросхем. На ней я зарабатывал, причем очень много. Комплект микросхем стоил 50 рублей, проверка — 3 рубля. Когда приходил домой, карманы оттопыривались от денег.

«Спектрум»

Первые варианты аналога компьютера в СССР появились в 1986-1987 годах. К тому моменту я неплохо знал микросхемотехнику. Когда информация попала ко мне, я смог ее переварить и сделать вариант, который стал очень популярным.

Схемы «Спектрума» появились на толкучке, по ним и собирал. Заняло это примерно неделю. Сначала включил — ничего не работает. Стал смотреть, что не так. Где-то были ошибки в схеме, где-то — мои. Где-то неисправная деталь попалась. Чтобы это все понять, нужно было посмотреть сигналы осциллографом. Потом проанализировать схему. Получилось, что я изучил прибор до последнего винтика.



Когда компьютер был собран и заработал, я понял недостатки его схемы. Плюс она была сложная и дорогая в производстве. И я решил придумать свой вариант. Сделал, спаял тоненькими проводочками — это несколько тысяч соединений. Помню, папа ко мне приезжал: «Как ты в этих волосах разбираешься?» А там действительно с одной стороны микросхемы в дырки вставлены, а с другой — слой тончайших проводов. Когда нужно что-то изменить, ты пинцетиком их разгребаешь. Это как хирург на операции: чтобы добраться до нужного места, ты должен разрезать, раздвинуть ткани. Вот так раньше было.

Повторить эту конструкцию было очень сложно, потому что огромный объем работ. Только паять приходилось неделю. Организовать производство нереально — продукт получился бы очень дорогим. Хотя в конструкторских бюро примерно так и делали на этапе разработки. И появилась задача сделать все это в виде печатной платы, чтобы только микросхемки вставил, запаял, включил — и все работает. Устройство, которое я первым собрал, было очень сложным по количеству микросхем — около 70. Я стал его преобразовывать, модифицировать. В итоге сделал схему из 42 микросхем, и теперь нужно было придумать топологию дорожек, которые бы их соединяли. Т. е. с одной стороны — микросхемы и часть дорожек, с другой — другая часть. Такую плату можно было бы производить серийно.

Топологией я занимался несколько месяцев. Рисовал дорожки на громадном листе миллиметровки, переставлял, оптимизировал. Сейчас это все компьютер делает, а тогда приходилось вручную. В итоге получился какой-то вариант. Теперь, чтобы эту плату производить, нужен был фотошаблон, который можно отдать на производство. Его сделали в лаборатории на работе по моему эскизу. Следующая задача — найти, кто будет производить. Денег в необходимом объеме не было, заплатить я не мог, поэтому стал искать обмен. Отдаю кому-то на толкучке этот шаблон с условием, что, когда вы платы сделаете, 20 штук отдаете мне. Многие обманули, но кто-то выполнил свои обязательства. У меня появилось какое-то количество плат — до сотни, не больше. И я за один день мог собрать несколько приборов.

Сделать компьютер было сложно. Клавиатуру собирали из клавиш, под корпус тоже что-то приспосабливали. Денег, которые могли что-то изменить в моей жизни, я на этом не заработал.

Игры и не только

Что такое «Спектрум»? В первую очередь, игрушки. На производствах стояли большие вычислительные машины, на которые с перфокарт или магнитных пленок вводилась программа, и можно было играть в «Звездные войны». Что-то типа «Морского боя». Говоришь компьютеру: «Е4», и он твою фигурку перемещает. А тут появились первые динамические игры. Есть какой-то герой, он бежит, прыгает, перескакивает. То есть человечек, пусть и не такой красивый, как сейчас, все время в динамике. И это было очень интересно.



Игру Yie Ar Kung-Fu изначально разработали для игровых автоматов, но позже портировали на ряд приставок и домашних компьютеров, включая ZX Spectrum.

Программы загружались с магнитофонной кассеты. Подключаешь магнитофон к компьютеру, минут пять что-то пиликает, потом раз — игра запустилась! Когда это произошло впервые, я прыгал до потолка.


Обложка кассеты, сборника игр для ZX Spectrum

У «Спектрума» был 8-разрядный процессор Z80, работавший на частоте 4 МГц. Потом появился вариант турбо — 6 МГц. Оперативной памяти было 64 КБ. То есть все программы помещались в нее. Для работы самого «Спектрума» нужно было 12 КБ. Частично эта память использовалась под экран. Для программ оставалось 48-49 КБ. Сейчас драйвер какой-нибудь мышки занимает намного больше. Разрешение экрана было 256 точек по горизонтали, 192 — по вертикали. Если сейчас каждая точка имеет свой цвет и состоит фактически из трех, там они были в виде спрайтов. Спрайт — это кусочек экрана 8 на 8, кажется. И этому спрайту можно было один из 256 цветов прописать. Основной цвет и цвет фона. Комбинируя основные цвета и дополнительные, умудрялись создавать такие интересные программы.

Кто-то находил этому компьютеру практическое применение. У меня был приятель — штурман ТУ-134. Он рассчитывал на «Спектруме» маршруты и всю вспомогательную информацию по ним. На языке Бейсик, который можно было освоить за один день, писал программы: долетел до такой-то точки, дальше повернул, такой-то азимут взял.

Еще одна обложка кассеты с играми. Вторым номером идет Sim City — самый первый вариант градостоительного симулятора.

Брат этого приятеля писал музыку для синтезатора и тоже как-то компьютер использовал. Кто-то увлекался программированием, кто-то писал прикладные программы. Была в свое время фирма «Искрасофт», занимавшаяся сначала программным обеспечением, а потом перешедшая на торговлю линолеумом. Помню, она делала какие-то деловые программы именно на компьютере а-ля «Спектрум».

Фактически это первый компьютер, который стал хоть как-то популярен в СССР. По моей схеме как минимум десятки тысяч машин собрали. Может, больше 100 тысяч. Кооперативы многие производством занимались. Кто-то после меня что-то подправлял, выдавал за свое, производил, зарабатывал деньги, укрупнял свой бизнес и потом переключался на что-то другое. География распространения — самая обширная. Когда у нас появилась своя фирма, мы продавали компьютеры даже в глубинку — отправляли по почте.



Каталог игр с описанием.

Простейший «Спектрум» стоил рублей 130 — это месячная зарплата. Покупали его обычно люди, знакомые с электроникой, потому что многое нужно было делать самому. Даже если ты купил работающую плату, ее нужно подключить к телевизору, к магнитофону. Для человека, никогда не державшего в руках паяльник, это было проблематично. Хотя кто-то, наверное, покупал и готовый компьютер, полностью подключенный.

Большой вклад в развитие внесло то, что стала появляться литература. Очень популярной была книжка «Как написать игру». В Москве одна фирма занималась выпуском печатного журнала. Он был посвящен «Спектруму», и туда стекалась информация со всех направлений. Кто что сделал, кто что планирует, обмен опытом. Печатались они в типографии, но это был полусамиздат.

«Скорпион»

Первый «Спектрум» я делал потому, что мне было интересно. Хотел создать устройство, оптимальное по всем параметрам. В принципе, у меня получилось. Потом на этой базе я начал делать другой компьютер — «Скорпион». В 1991-м создал фирму, мы выпускали 100–200 штук в неделю. Были монтажники, настройщики, отладчики. Продавали компьютер мы во многие города. У нас даже была карта, на которой мы флажками отмечали, куда его отправили. У Владивостока, например, флажков было очень много.



Коллектив «Скорпиона» готовится к встрече нового 1997 года. Сергей Зонов третий слева в верхнем ряду. Какой-то Игорь, Илья Фомин, Александр Князев, Igor Mandor, внизу Сергей Зеров и Слава Медноногофф

«Скорпион» мне было интересно развивать, поскольку он полностью был моим детищем. Чтобы подключить к нему винчестер, пришлось придумывать специальную плату, за ней — какие-то новые. Потом, уже гораздо позже, захотелось сделать компьютер в виде одной микросхемы. Я стал разрабатывать, вложил кучу денег. Когда микросхему сделали, оказалось, что что-то работает не так, нужна следующая итерация. После нескольких итераций я понял, что этот процесс бесконечный — мы просто не потянем — и отказался от этой идеи.

У «Скорпиона» была изюминка, которая называлась «Теневой монитор». Можно было программу в любой момент остановить и в ней покопаться. Играешь в игрушку, нажимаешь на кнопочку — и смотри, изучай, меняй. Инструмент для творческого подхода. Были и другие наработки. Тогда это был единственный компьютер для творчества, который мог себе позволить обычный человек.

Эволюция

Пик популярности «Спектрума» пришелся на 1988–90 годы. Потом стали появляться следующие модели — мой «Скорпион», другие устройства такого же плана. Во второй половине 1990-х начался спад, поскольку пришли компьютеры другого уровня, а в нашей стране технология не позволяла их производить. Но запросы на платы и какие-то детали «Спектрума» поступают до сих пор. Людям интересно самостоятельно с нуля собрать компьютер. Я их понимаю. Например, папа хочет научить ребенка микросхемотехнике. Чем хорош «Спектрум»? Там можно понять, как работает любой узел, нет никаких закрытых микросхем.

Есть те, кто играют в игрушки. На IBM-совместимом компьютере запускают симулятор и программу от «Спектрума».

Из толкучки у «Юного техника» вырос рынок «Юнона». Сначала ее перенесли чуть дальше по Краснопутиловской за переезд — когда местным жителям надоела толпа перед их домами. Там она просуществовала лет пять. Люди приезжали уже на машинах, что-то продавали прямо с них. Мы тоже это делали — торговали компьютерами. Приезжаю на «Ниве», открываю заднюю дверцу, достаю столик, оборудование, чтобы проверить компьютеры, плату. Году в 1987-м эту точку переместили туда, где сейчас «Юнона». Позже появился сам рынок — бандиты, перекупщики. Валюта покупалась-продавалась. Потом это все постепенно цивилизовывалось. На месте лотков появились ларьки.

Похожая толкучка была и в Москве — на улице Горького и тоже у магазина «Юный техник». Если идти из центра по Тверской, справа, метров 100 от Белорусского вокзала. Там тоже собирались энтузиасты, любители, но места было меньше, а гоняли чаще. Торговцы мигрировали куда-то во дворы. Своя специфика. Я и сам туда ездил, чтобы что-то купить, когда здесь не было. Потом эта толкучка постепенно преобразовалась в Митинский радиорынок на окраине Москвы. Он громадный и популярный.

Многие люди из тех, с кем я когда-то начинал, по-прежнему связаны с информатикой и компьютерами. Сам я сейчас — генеральный директор фирмы «Скорпион плюс», известной по сайту scorpion.ru. Мы занимаемся оптовой и розничной торговлей комплектующими и сервисом.

Мне повезло: я рано определился, чем хочу заниматься, и всю жизнь получаю от работы удовольствие. Несмотря на все сложности, которые периодически возникают, — экономические, другие — мне интересно. Я счастливый человек.


PS

Вот это было интересное интервью, мне понра.

На фотке чувак в очках и в свитере это не Вячеслав Александрович часом? https://ru.m.wikipedia.org/wiki/Медноно ... _Сергеевич

Конечно он

Сзади Медноногова мужчина блондин - тоже очень знакомое лицо. С сигой - похоже Скутин (Nemo). Какие эпичные у них свитера!

На говнофоруме всех опознали. Немо тут нету. Какой-то Игорь, Илья Фомин, Александр Князев, Igor Mandor, внизу Сергей Зеров и Слава Медноногофф

хороша статейка, где-то там должен быть ещё Ларченко (MOA), надо в статью ещё добавить видео интервью кано с зоновым с енлайта 96.

вот с 9:15
[video]https://youtu.be/WMY1W9EpZ98?t=558[/video]

Все что делали эти горе-хардварщики оказалось полнейшим барахлом. По итогу, как мы уже знаем имеет право жить только Pентагон 128 к с дальнейшим развитием звуковых карт. Скорпион, Профи, Немо, КОЕ АТМ и прочее барахло, без правильного инта оказалось полным гAвном. У каждого клона пентагона128 были свои недостатки, как то:

Скорпион: боковой разъем шина не устоячив к износу, часто глючил глюча весь скорпион. Смук дорогостоющиь и непонятен в настройке. Полная несовместимость со всем демостафом. инт нарушен безбожно. Ужасная логическая системав работы со СМУК, залить демо коллекцию еще можно но 100-200 дискет с играми это испытание.

АТМ: нарушен ИНТ, несовместимость дискового пространства с пентагоном, много дем просто не идут на АТМ. Сложная установка глючной системыв ТАСИС, неправильная работа с СД РОМ, запись на диск портит каждую вторую программу. Ужасная ломучесть логики на плате. Наверно худший клон пентагона.

Профи 1024: неправыильный "плавающий инт" ужасная ломучесть видео сигнала, а так же почти 100% ломучесть памяти, никогда не работает 1024, постоянно сгорают Рушки. Как плюс хорошая работа с джисководом и неплохая совместимость с демостафом если не считать инта. Так же плюс профи в интересном освоении СПИЕМА, наличие КОВОКСА и АДЭДЖЫ музыки. То что даже сейчас не доступно на пентево.

про порт FD забыл. Мучкин говорил, у него волшебная кнопка привинчена

Шыншыл 67318 писал(а):про порт FD забыл. Мучкин говорил, у него волшебная кнопка привинчена

Если ИНТ неверный, то даже нет смысла продолжать нахваливать это говно. Возьмите MICK, которому я сразу сказал что все твои компьютеры умрут, так как у тебя неверный ИНТ сигнал, если хоть одна дема не пойдет народ комп не примет. Как итог, ЗЕФИРЫ, ПФЕНИКСы и прочее миковское изделие №1 продают за 1,1,5 косаря. От них просто избавляются. Как бы стабильно они не работали.

Основа - сердце компьютера это совместимость! А это правильный ИНТ. Можно все простить, кроме сигнала ИНТ.

Берите ИНСУЛЬТ МЕГАДЕМО, САТИСФАКТИОН, РАГЕ смотрите работают ли они как надо, если нет , всё ты сдела комп ГОВНО.

AAA писал(а):Если ИНТ неверный, то даже нет смысла продолжать нахваливать

ивамото с кано про это зонову и говорили, потом даже зонов выпускал какуюто плату GMX чтоли называлась, которая превращала скорп в пентагон.

daniel 67321 писал(а):

AAA писал(а):Если ИНТ неверный, то даже нет смысла продолжать нахваливать

ивамото с кано про это зонову и говорили, потом даже зонов выпускал какуюто плату GMX чтоли называлась, которая превращала скорп в пентагон.

Плата GMX не превращала ничего в пентагон. Это видеокарта стоимостью как пол Амиги. Их было выпущено 2,5 штуки. Это скорее эксперементальная хуета.

http://scorpion.ru/spectrum/hard/gmx.htm

GMX - (Grafic Memory eXpander).



Объем ОЗУ от 256кБ до 2048кБайт ( в виде 30pin Simm модулей) В штатной поставке установлено 2 SIMM модуля по 1мБайту

Объем ПЗУ 512кБайт (Микросхема 28f040 - перепрограммируемая пользователем flash-ПЗУ)

Графика: 1 -- Стандартная ZX Spectrum
2 -- 640*200, 16цветов, аппаратный скроллер по вертикали, для ускорения работы в текстовых режимах.
Тактовая частота 3.5/7 MГц, переключение как аппаратно, так и программно. Ведутся работы над вариантом с тактовой частотой 14мГц

5. Дополнительные возможности:

Возможность отключения всех дополнительных портов и перевод компьютера в режим стандартного ZX Spectrum. При отключении портов, также включается и стандартное ПЗУ.То же самое, но дополнительно полностью эмулируются временные параметры разверток и сигналов прерываний для компьютера Pentagon, как основного компьютера, используемого демо-строителями.

Поскольку схемотехника платы сделана на современном техническом уровне с использованием программируемых логических матриц (ПЛМ) фирмы Altera , и сама схема "хранится" в системном ПЗУ, то появляется возможность изменять схему компьютера, причем очень кардинально, путем простого перепрограммирования ПЗУ или переключением банков ПЗУ. Последнее дает возможность иметь на одной плате несколько вариантов схем компьютеров, отличающихся к примеру различными вариантами частот разверток -- одна для обычных телевизоров и CGA мониторов, другая для VGA или EGA мониторов.

Теперь более подробно:
Расширение памяти до 2Мб. Среди различных, как существующих, так и возможных вариантов организации, выбор пал на тот вариант, который осуществлен в Profi. То есть сделано так, что просто 256Кб адресуются также как и было, через обычный скорпионовский стандарт, а все, что выше -- по стандарту Profi -- порт 0DFFDh. Поскольку у Profi максимальная память - 1Мб, то можно работать и со всей памятью от 0 до 1Мб по стандарту Profi. Просто физически это будут другие страницы памяти. Например, можно загрузить какую-нибудь программу для Profi использующую память до 1Мб и в тоже время безболезненно пользоваться Теневым Сервис-Монитором. Градации по наращиванию памяти: 256Кб, 512Кб, 1Мб, 1256Кб, 2Мб -- стандартные Simm-модули. Причем можно устанавливать от одного модуля объемом 256Кб (получится память Скорпиона) до 2-х модулей по 1Мб -- общая память получится 2Мб. Hа больший объем мы специально не стали закладываться из-за того, что, во-первых, это уже становится дороговато, во-вторых, все-таки мало кому нужно, а платить-то в той или иной степени придется всем, и, в-третьих, при использовании процессора Z80 очень большая память не сможет использоваться эффективно. Почему был выбран именно стандарт Profi? Ответ прост: зачем придумывать новые стандарты, если уже есть компьютеры с расширенной памятью, и нет технических ограничений на использование тех же портов для ее адресации. Кроме этого при выбранном стандарте адресации сразу же работают программы от Profi, рассчитанные на расширенную память. Опять же появление любого нового стандарта расширения памяти требует по крайней мере времени на появлении программ для него, привыканию к нему пользователей. А в данном варианте этого не требуется. Кроме этого используются и дополнительные режимы адресации верхней памяти, которые позволяют значительно поднять быстродействие при работе с ней. Особенно это актуально для работы Теневого Сервис-Монитора (из ПЗУ!), и программ его использующих (вспомним о "винчестере"). ТМ испытывает значительные сложности из-за ограничений накладываемых возможностью адресовать расширенную память только через одно окно в адресном пространстве процессора. Аналогичные проблемы испытывают все программы, так или иначе активно использующие расширенную память при "переброске" фрагментов из одного банка в другой.

Графический экран 640*200(208) и плюс аппартный скроллер. Количество цветов как и в обычном ZX Spectrum . Hа каждый байт графики - один байт атрибутов. Для того чтобы изображение было цветное, необходимо обязательное наличие 2-х Simm-ов, т. е. как минимум 512Кб. Адресация графического экрана начинается с 4000h, при этом полностью линейная, т. е. первые 80 байт -- первая строка экрана, следующие 80 байт -- следующая, и т. д. Атрибуты экрана хранятся в одной из расширенных страниц памяти. Их адресация точно такая же. Основное назначение расширенной графики -- стандартный текстовый экран 80*25 символов (символ имеет размер 8 на 8 пикселей), необходимый для работы с текстовыми редакторами и почтовыми программами. Для ускорения работы в текстовом режиме используется аппаратный скроллинг вверх-вниз. Для сдвига изображение по вертикали на любое количество пикселей необходимо лишь выполнить запись двух байт в порты "скроллера", которые задают начальный адрес в области видео-ОЗУ для вывода изображения.

Профессиональное flash-ПЗУ040 (512Кб). При разработке ПО для текущих версий мы уже столкнулись с ограничением на объем ПЗУ, и ОЗУ (256Кб). Поэтому дальнейшее развитие встроенного программного обеспечения будет идти только с поддержкой расширителя GMX. Планируется переделать Теневой Монитор на работу в режиме 640*200, русифицировать, сделать дальнейшее расширение встроенных возможностей теневого монитора, прежде всего направленных на улучшение сервисных функций при работе с HDD, поддержку различных операционных систем (в части файловой организации), а также поддержка возможности работать с HAYEs-совместимыми модемами. Все это требует значительного места в ПЗУ. Кроме этого в ПЗУ как уже говорилось хранится и основная часть схемы платы GMX. Причем сделано так, что из ТМ можно будет кардинально менять схему, загружая один из нескольких возможных вариантов. Также не надо забывать о том, что ПЗУ большого объема обладает самым выгодным соотношением цена/объем. Что касается Проф.ПЗУ для обычных плат, то они будут изменяться только, если будут обнаружены какие-либо ошибки в их работе, либо добавляемые возможности укладываются в существующие аппаратные ограничения. На сегодняшний день выпускается версия с номером 4.1.

Самым главным и основным достоинством ППЗУ, установленным на плате GMX будет возможность перепрограммирования его пользователем. Прежде всего это касается программ, записанных в ROM диск. Пользователь сможет подбирать программы на свой вкус, сам формировать содержание своего ROM диска, а также обновлять версию Проф ПЗУ у себя на месте. Все это достигается путем применения в качестве ПЗУ современных микросхем флэш-памяти. Также планируется совершенствование схемы и введение дополнительных схем (например схема 100% совместимости с Profi, в том числе и по графике) с возможностью включения такой схемы путем выбора из меню Теневого Сервис Монитора.

Повышение совместимости с ZX Spectrum и Pentagon. Для этого в меню теневого монитора введена дополнительная строка меню Pentagon. При этом отключаются все дополнительные порты и одновременно включается стандартное ПЗУ ZX Spectrum 128 & TRDOS и установливаются временные параметры компьютера Pentagon-128. При переходе в эти режимы компьютер превращается в абсолютно стандартный в Pentagon (можно легко сделать и Pentagon-512), при этом полностью "забывает" о своих дополнительных возможностях. Выход из этого режима, разумеется, только по кнопке сброс.

Турбирование с коэффициентом ускорения 1.8-1.9. Hа плате GMX встроена схема Турбирования с увеличением быстродействия в 1.8-1.9 раза при исполнении программ из ОЗУ. При работе с ПЗУ быстродействие увеличивается ровно в 2 раза. Переключение Турбо/Hорма как и сейчас: и программно, и аппаратно.

Экономические показатели. Стоимость платы GMX без с ОЗУ 2мБ-44уе (Цена производителя.) Для сравнения на сегодня стоимость турбирования старой платы Скорпион – 10уе, установка ПрофПЗУ040 – 20уе. То есть все дополнительные возможности достаются пользователю за 6-14уе. Если хотите еще немного сэкономить -- выпаяйте более половины ИМС с основной платы. Список будет прилагаться :-)

Использование GMX на других моделях Spectrum-совместимых компьютеров. Мы планируем вместе с документацией на GMX поставлять в комплекте всю информацию о том, как доработать другой компьютер до того, чтобы в него можно было включить GMX. Фактически от любого Spectrum-совместимого компьютера при использовании платы GMX требуется: поддержка музыкального сопроцессора, поддержка контроллера TRDOS, поддержка клавиатурного порта, магнитофона, джойстика, принтера и еще некоторые несущественные мелочи. Все это есть в любом Spectrume, везде сделано практически одинаково и так или иначе может использоваться.

Под словом ПОВЫШЕНИЕ совместимости можно понимать бутылку со святой водой стоящую рядом с скорпионом, она так же повысит совместимость с пентагоном как и гэмыикс. Скорее всего целью ГЕМЫИКСа было обогащение коммерсантов неудачников, которые таким вот варварским способом с помощью дорогостоящих компонентов впаривали тем у кого уже скорпион мечту о пентагоне, который уж точно можно было купить дешевле 44 долларов.

Баловался я раньше с GMX. Забавная железка.
досталась мне нахаляву потому что чел, который вложил бабки в разработку, получил железо, но к монику не подключил, сказал что херовый вывод.
А потом, в 1999 году, пришлось gmx продать(
Ну хоть на цц99 съездил.

Мой Скорпион. Я играл с ним в хардваре осталось приятное впечатление. Но не для демо

Что меня всегда удивляло в наших и импортных клонах. У тех же чехов: аккуратная платка, если и есть доработки, то навесным монтажем пара проводочков и микруха на панельке. Вскрываем любой наш клон, даже если это 'фирменный' скорп: отовсюду висят просто километры МГТФ. Часть из них отвалилась, но это никак не влияет на работу компа. Какие-то неведомые иобаные кондеры и кр-микросхемы просто усеивают всю плату. Некоторые доработки собраны прямо в воздухе. Все это скрусивается в пучки фирменной синей изолентой. И главное - весь этот скайнет еще и работает!

Распиздяйство, свиннотизм и не аккуратность это свойство характера русских людей. У нас так во всем. Единственная сфера в которой русский аккуратный это создание оружия.

Именно поэтому немцы русских называют свиньями. Мы во многом по распиздяйски относимся к качеству сборки. Все наши клоны это пиздамба. Автомашины - говно! Электроники страна и вовсе не производил, только копии. Мало того что они сделаны ужасно, так ещё и по распиздяйски соблюдались инт сигналы. Ваабще вся жизнь россиян как в мультфильме: - а и так сойдет....

abelenki писал(а):Вскрываем любой наш клон,

В моей заводской Орельке, например, нифига мгтф не было внутри, вообще. Только аккуратные кабеля между основной платой и платами стабилизатора и клавиатуры.

Weiv 67331 писал(а):

abelenki писал(а):Вскрываем любой наш клон,

В моей заводской Орельке, например, нифига мгтф не было внутри, вообще. Только аккуратные кабеля между основной платой и платами стабилизатора и клавиатуры.

Значит её собирали на том заводе где собирали мирный атом ссср направленный на агрессора

https://ru.wikipedia.org/wiki/Днепровск ... ьный_завод , логотипчик на Орельке присутствовал.

Weiv 67334 писал(а):https://ru.wikipedia.org/wiki/Днепровск ... ьный_завод , логотипчик на Орельке присутствовал.

Днепровский машиностроительный завод (ДМЗ) — советский и украинский научно-производственный комплекс по производству радиолокационных средств военного назначения, производственное объединение. По действовавшей «легенде прикрытия» (в целях скрытия фактического рода деятельности) в открытых источниках применялись названия - предприятие п\я 192 (с 1952 по 1967 год), «Днепропетровский завод радиорелейных приборов» (ДЗАРП с 1967 по 1972 годы), одновременно - «Днепропетровский завод холодильников» (местная обиходная версия). С 1972 года - Днепровский машиностроительный завод.



О чём я и говорил, только в военной промышленности в СССР был порядок, во всем остальном пьянство, разгельдяйство. Кто такие железнячники спектрумисты? Это неуждачники инжинеры, алкаши и тунеядцы, которые вместо основной работы занимались спектрумами и делали все на коленке из рук вон плохо. Кому в то время было понимание правильного ИНТ сигнала? Все лепили лишь бы казал монитор. Самый главный показатель работоспособности спека был правильные цвета на экране, а то что инт неверный всем было пофигу. По итогу мне приходиться перерывать весь демо архив и почти из 12000 продов, треть уже переработана и приведена к единым производственным стандартам. отсусвтие качества при изготовлении продукции это основная причина гибели СССР. Всё что мы не делали, мы делали по распиздяйски.

Вот эмулятор калантая, покойника риндекса.... Это же пиздетс. Но я как то пытаюсь все равно этим плохим инструментом делать стандартизированное европейское кино.

2019 год. Женщины робьботы с сиськами и вагиной, а у нас эмулятор пишет мутный нофлик и IBM PC не справляется с экраном спектрума. Карл это пиздетс!

AAA писал(а):IBM PC не справляется с экраном спектрума.

Да, очень печально, что на PC нет режима видео 50Гц, отсюда кривой гигаскрин на всех эмулях.

AAA писал(а):Кому в то время было понимание правильного ИНТ сигнала?

У Орельки кстати INT был как у фирменного 48к, и количество тактов в кадре тоже. Но не было ULA-тормозов, из-за этого некоторые игры шли быстрее, чем на фирме и Ленинградах.

Weiv 67336 писал(а):

AAA писал(а):IBM PC не справляется с экраном спектрума.

Да, очень печально, что на PC нет режима видео 50Гц, отсюда кривой гигаскрин на всех эмулях.

Нужели процессор IBM не может справиться с таким процессом. У меня свет в кваритре гаснет он натуги когда дочка Ассасина 3 гоняет

AAA писал(а):Нужели процессор IBM не может справиться с таким процессом.

Дело не в процессоре. Видеокарты такой режим не поддерживают, или их драйвера под Windows. Минимум 60Гц( Поэтому при выводе 50Гц картинки каждый 5й кадр Спектрума отображается не на одном, а на двух кадрах PC, и гигаскрин мелькает криво.